Легенды Ануэ. Охота на дракона - Максим Ветров

двинулась вперед. Сойер с явной улыбкой двинулся следом. Похоже, Эйн быстро смогла подобрать ключ к его колючему нраву. Это со своими ухмылками успели отметить и Джейт, и Рэн.

– Ну что, господа? Вы все обдумали? Рэн, на счет тебя я не беспокоюсь. Твоя страсть к самобичеванию – отдельная легенда. А вот Джейт…

– Я готов, – уверенно выпалил парень. И встретив удивленный взгляд Эйн, поспешил объясниться. – В смысле, если я буду долго стоять и думать, то никогда не решусь. В конечном итоге, не важно, сколько времени я буду готовиться. Я должен просто войти и встретиться там со своим врагом.

– Ага, – Эйн понимающе закивала, растягивая улыбку. – Рэн тебе уже коротко все объяснил. Значит, действительно, дальше все зависит только от тебя.

С этими словами Эйн быстро отошла в сторону и подняла руку. На ее запястье разгорелся широкий синий констракт, и тонкий поток энергии впился в центр площади, прямо под балансером. Ученики, поспешили отойти подальше, собираясь в кучи на краях дворика. Констракт Эйн усложнился, разделившись на еще несколько слоев, и пол площади дрогнул. Яркий синий огонек пробежался по врисованным в пол линиям, повторяя какой-то символ. И вдруг часть пола начала медленно подниматься ввысь.

Перед Джейтом распахнулась мраморная арка, подпираемая резными колонами. Ровный узкий проход через пару шагов уводил во тьму. Дворик тут же наполнился шепотом множества голосов.

– Ты ведь вообще не предупреждаешь студентов о своих махинациях, опасных знакомствах и случайных эмоциональных взрывах, а Эйн? – Рэн не мог упустить шанса подколоть старую подругу.

– В моей Гильдии сохраняется атмосфера взаимного доверия, равенства и авантюризма, – лаконично отыгралась гилдмастер.

– О как! А в моей компании тогда приветствуется принцип анти правильного поведения и беспринципного дебоширства!

– Не сомневаюсь, – хозяйка лукаво улыбнулась своему приятелю и обошла открывшийся проход со всех сторон. – Эту гробницу делал не Кид. Я всего лишь скопировала одну из его схем, которую отыскали мои Дозорные. Но работает она полностью таким же образом. Я буду здесь все время до вашего возвращения. Рэн, постарайся не изменять твоей нынешней новомодной аккуратности. Джейт, вы войдете внутрь вдвоем, но выйдите по одному и в разное время. Не факт, что с первого раза ты обнаружишь себя победителем в битве с собственным воображением. Но любые выводы или мысли, которую вырвешь с собой из гробницы – уже будут некоторой победой. Впрочем, по возвращении, мы во всем разберемся. Я не сомневаюсь, ты вернешься.

– А что, можно еще и не вернуться? – с опозданием бросил Джейт.

– Не дрейфь! Там негде теряться – подвальчик два на два! – подбодрил друга Рэн и подтолкнул к колыхнувшейся тьме.

Среди толпы Джейт разглядел лицо Каори, хмурое и с тенью волнения. Это показалось ему плохим знаком. Но, вспомнив свои же слова о нерешительности и необходимости просто делать, он шагнул во тьму загадок…

Глава 8.2 Охотник

Рэн отсалютовал двумя пальцами у лба и исчез следом за Джейтом, уверенно шагнув во тьму. Эйн проводила старого друга взглядом. Сойер спокойно стоял рядом.

Многие из учеников, не прекращая шептаться, осторожно опустились на пол. Рассевшись в удобных позах, они замерли в ожидании возвращения героев. Случайные забредающие авантюристы, привлеченные странностью происходящего, старательно пытались узнать у кого-нибудь, что происходит.

– Это нормально, что столько людей наблюдает за нами? – неуверенно спросил Сойер.

– От части, – пожала плечами Эйн. – Естественно, новость о том, что хозяйка Гильдии Искателей пустила в некое тайное место самого Рэна Однорукого, очень быстро подняла панику в сторонних обществах. Но после первого появления Рэна в холе Гильдии, прятаться уже не имело смысла. Теперь важно все сделать быстро. И отправить все возможные последствия сотрудничества Гильдии с самым разыскиваемым преступником вместе с ним в новое приключение. Но сначала…

Гилдмастер осмотрелась. Вокруг нее заклубились потоки эо, приглушая голос.

– Ну, что же, Сойер? – тихо начала Эйн. – Я обещала рассказать тебе кое-что о Рэне Одноруком. Надеюсь, ты готов это услышать. Под понятием «готов» я имею в виду готовность сначала выслушать все до конца, принять к сведению и хорошенько подумать над этим.

– Да, Эйн, – спокойно ответил юноша, едва заметно кивнув головой, – я готов.

– Тогда слушай.

Эйн повернулась к юноше, встав напротив него. Какое-то время она собиралась мыслями и неуверенно вглядывалась в глаза собеседника. На лице гилдмастера появились беспокойство и тени сомнений. Но женщина не позволила себе долго переживать об уже принятом решении.

– История Рэна Однорукого начинается спустя два года после Бескровной войны. Именно тогда Кид, победивший последнего врага, уже воспитывал годовалого сына. Это было прекрасное время! Все страдания и печали ушли прочь, нам больше не было необходимости скрываться, бегать и ждать постоянных нападений. Символы обеспечили нас защитой, домом. Надеждой.

Лицо Эйн посветлело, и женщина в порыве приятных воспоминаний развернулась вокруг себя, принявшись расхаживать перед аркой. При этом она то и дело поглядывала на учеников, убеждаясь, что ее голос не достигает их ушей.

– Но Киду было этого мало. Он слишком много времени провел в одиночестве, в кругу только своих юных учеников. О них не спрашивай – об этих двух ребятах даже я мало что знаю. Определенно, душевную компанию ему составляла его подруга детства, девушка, жена – Анио. Но она была слишком хрупка и слаба, что полностью разделить его энтузиазм. Они в слишком малом возрасте решили стать полноценной семьей. А еще ты ведь знаешь, что она была обычным человеком? Обычная девчонка и не самая крепкая. А Кид уже тогда стал намного больше, чем просто энтэссером. Даже не будь пришествия Корвеносцев, излучение, испускаемое самим Кидом и ее собственным ребенком, могло бы сточить ее годам… к тридцати.

– Кид позволил своей любви сделать такое? – осторожно поинтересовался парень.

– Это другая история! Между ними с Анио было много разногласий на эту тему. Но они, все же вместе решили, что аномалии их не остановят. И пусть любовь могла обжигать так сильно, они готовы были погрузиться в нее с головой. Даже зная, что им не дожить совместно до старости. Так или иначе, одному из них пришлось бы преждевременно… К их… счастью, этой боли они так и не познали. Ушли из мира почти вместе.

Эйн постаралась улыбнуться и быстро уйти от темы, но голос ее при этих словах все-таки дрогнул. Возвращаясь к истории Рэна, она встала на воображаемое кольцо вокруг арки и медленно двинулась по нему.

– Семья, любовь – это все одно. Киду в те времена не хватало именно дружбы, братства. Кого-то равному ему. И тогда появился Рэн. Они удивительно быстро нашли общий язык. Сошлись душа в душу. И с тех пор, пожалуй, почти не было такого, чтобы где-то они появлялись по отдельности.

– Это мне известно. История ясно раскрывает те времена, – Сойер опустил взгляд. – Рэн Однорукий был ближайшим другом и сподвижником Кида. Но, пожалуй, даже тогда не было никого, кто бы ни сомневался в героизме и доброте Рэна. Даже на фоне своего приятеля – истинного героя, он всегда оставался обольстительным бандитом, превыше всего ценящим свою собственную шкуру. Это объясняет, почему Рэн Однорукий пережил День Корва, когда его как будто бы лучший друг умирал…

– Нет, Сойер. Здесь ты не прав, – на лице хозяйки Гильдии мелькнула горькая усмешка. – Признаюсь, я тоже была склонна верить этой теории девять лет. Но оказалось, что Рэн Однорукий, действительно, испытывал крайне дружественные, искренние чувства к Киду. И отправился с ним на бой в День Корва. И в этом бою он так же встретил свою смерть. Когда он рассказывал мне свою историю, я уверена – он не врал – энергия его текла ровно, ничего не скрывая. Да и в его сознании четко отпечаталось посещение гробницы Кида в Центре Сола. Если бы Рэн струсил в день гибели Кида, то и вернуться к нему в Гробнице Секретов он никогда бы не решился. Вина за содеянное его бы просто убила в буквальном смысле. Его